Джарвис Дрифт

QUOTE (Ежина @ Sep 13 2005, 01:27) А я и не справедливости добивался, а как раз возможности повеселиться. Вот и плескаюсь!)) Когда так говорят начинаю подозревать, что человек оставляет себе лазейку на случай проигрыша в дискуссии http://forum.academ.org/html/emoticons/cbs_zz.gif Типа: я порол чушь, не из-за глупости, а потому что хотел тебя позлить. Ну-ну http://forum.academ.org/html/emoticons/grin.gif

Методом перебора обнаружил, что за автозапуск отвечает служба "Определение оборудования оболочки" Будьте бдительны! 2ViRtUaL: Спасибо за софт. Но если отключена именно служба разве помогло бы? 2All: Спасибо за внимание.

Автозапуск CD. То есть ОС определяет что на диске и запускает WinAmp, Power DVD и т.п. А так же autorun.exe. А за неточности в предыдущих сообщениях, прощенья просим http://forum.academ.org/html/emoticons/smile.gif

Про msconfig я знаю. Но у меня отключено окло 15 служб. И нигде не написано какая отвечает за автозапуск. Справочные материалы у меня есть. Но и там этого не написано. Так что приступаю к сладкому http://forum.academ.org/html/emoticons/sad.gif

QUOTE (zulus @ Sep 10 2005, 23:40) Экономически невыгодным было вещание НР в Нске ... Позор городу! http://forum.academ.org/html/emoticons/angry.gif Я не поленился посмотрел на сайтах ЭМ и НР список городов вещания и ужаснулся. Очевидно жителям города не нужна другая музыка и другие новости. Программа "Время" и "Фабрика Звёзд" базедов удовлетворяет полностью. ...А ведь было ещё и ОТС. Теперь и на этой волне веселятся какие-то жизнерадостные дебилы.

Решил поэкспериментировать и отключил ненужные службы ( Print spooler и т.д.) Но одна из них отвечает за автозапуск в зависимости от содержимого. Какая? Метод перебора, я оставил на сладкое http://forum.academ.org/html/emoticons/rolleyes.gif

Извините. Не знал. Плюс, это на майке.... http://forum.academ.org/html/emoticons/blink.gif

Написано на майке моего друга. Цензура моя. http://forum.academ.org/html/emoticons/shy.gif Dismay – Oh! F*ck it! Aggression – F*ck you. Passive – F*ck me. Command – Go f*ck yourself. Incompetence – He’s a f*ck-up. Laziness – He’s a f*ck off. Ignorance – He’s a f*cking jerk. Trouble – I guess I’m f*cked now. Confusion – What the f*ck. Despair – F*cked again. Philosophical – Who gives a f*ck? Denial – You ain’t f*cking me. Rebellion – F*ck the world. Annoyance – Don’t f*ck with me. Encouragement – Keep on f*cking. Etiquette – Pass the f*cking salt. Fraud – I got f*cked by my insurance agent. Difficulty – I can’t understand this f*cking business. Identification – Who the f*ck are you? Ugliness – You’re a dumb looking f*ck. Agreement – You’re f*cking oh right. Benevolence – Don’t do me any f*cking favors.

При подключении к инету случился облом в виде ошибки 720: Попытка подключения не удалась, поскольку удаленному и локальному компьютерам не удалось согласовать управляющие протоколы PPP. Причём ни я ни "они" ничего не меняли. Сделал откат на ближайшую точку восстановления - всё хорошо. Я ничего не устанавливал. Как так http://forum.academ.org/html/emoticons/cbs_zz.gif ? У меня ХР с СП1

Внимание! Ненормативная лексика! Внимание! Длинно! На одном из сайтов посвящённом творчеству Пелевина создан проект "Виктор Олегович™". Рассказы "из жизни". Это цитаты из них. Собственно сайт. Так же файл со всеми историями на данный момент. Сорокин.Со.Лобок — Ну, чего ты смотришь, чего смотришь? Что ты смотришь все? Стоит, с#ка, и смотрит, бл#дь. Че ты, с#ка, смотришь, бл#дь? „Съем!“, да? Что пялишься? Съешь, а? Сожрешь, а? Че смотришь? От бабушки, с#ка, от дедушки, бл#дь. От зайца, а? От волка, а? От е#аного медведя, а? А?! Стоит, с#ка, и… Лиса наклонила голову, откусила от колобка большой кусок на животе и начала пережевывать, мутно глядя прямо перед собой. Колобок выпустил газы, покачнулся и посмотрел вниз, на развороченный мякиш, кусками выпадающий на снег. Из руки колобка выпал ледяной молот. — Белая береза… — Колобок кашлянул кровью, — Под моим окном… Принакрылась снегом, точно серебром… Лиса открыла пасть и заглотила Колобка. В пасти было тесно и смрадно. На клыках висели клочки шерсти. Колобок мягко и тепло вжался в гниющие останки безвестной белочки и наблюдал за огромным языком, бешено стучащим о нёбо. Из-под языка прибывала желтая слюна. Колобок закрыл глаза. — На пушистых ветках снежною каймой распустились кисти белой бахромой. Ыыыы, а?! Колобок вцепился в лисий язык и откусил его по самое основание. Язык по вкусу напоминал рябчиковое филе под авокадовым соусом с легкой миндальной горчинкой. Лиса заорала и закрутила головой. Колобок едва успел уцепился за скользкие от крови коренные зубы и закричал в трахею: — И стоит береза в сонной тишине, и горят снежинки в золотом огне-е-е!!! А? Колобок почувствовал нарастающий гул. Вверх по пищеводу быстро двигались рвотные массы. Колобок изо всех сил заколотил кулаками по верхнему нёбу, но пасть не открывалась. Колобок вгрызся в нёбо и стал проедать себе путь к мозгу. Лиса хрипло выла, катаясь в сугробе и разбрасывая по снегу комки дымящегося кала. Колобок съел мозг Лисы. — А заря, лениво обходя кругом, обсыпает ветки новым серебром… Акунин. Колобокъ. Конспирологический детектив с моралью. Колобок, насколько это было возможно в его обстоятельствах, держался невозмутимо. Он смотрел на Зайца подчеркнуто безразлично, с легким вопросом во взляде, как смотрит генеральская дочь на подающего оброненный ею на званном балу платок пьяного поручика. „Экий прохвост…“, — размышлял Колобок, неторопливо разминая вынутую из серебряного портсигара папиросу. „Съест он меня, смотрите-ка. Не по Сеньке шапка… Но позвольте, до чего же все-таки знакомая харя. Этот шрам на ухе… Где я мог его видеть раньше? Разве в сусеках третьего дня… “ — Слышь, барин, — поигрывая ножом, оскалбился сквозь щетину Заяц,- я пальтишко-то твое приберу. А то, не ровен час, попорчу али замараю. А так, почитай, какому хорошему человеку сгодиться, уж я позабочусь. Тебе оно теперь всяко без надобности. — Несмотря на некоторую двусмысленность обстоятельств, я все-таки попросил бы вас обращаться ко мне на „вы“. Это раз, — холодно сказал Колобок. – Далее. Сударь, вы сами себе противоречите. Вы, хочется надеяться, далеки от идеи мнить меня полным п-профаном. Меж тем, всякому сколько-нибудь образованному человеку очевидно, что вы – т-травоядный. — Ты, барин, я смотрю, шибко умный. Тебе бы в Петербурге, в сенате заседать, а ты, гляди-ка, пропадаешь ни за грош на пыльном проселке. Заяц сплюнул между резцами в придорожную канаву. — Много я вас таких, политических, на каторге перевидал. Только я вот вернулся, а они там остались — ворон кормить. Колобок внимательно наблюдал за Зайцем краем глаза, не переставая напряженно дедуктировать. — А потому что не на того напали! А что думали?! Я вам не какой-нибудь клоп матрасный! Я –Заяц! Заяц, анчутка вас всех покусай! — Вы такой же Заяц, как я — филипповская булка с изюмом… — тихо сказал Колобок, незаметно скользнув рукой за пазуху. — Что? То есть как? – опешил Заяц. — Я вас узнал. Извольте видеть, не помогло вам это ваше „поелику зело заколдобился“ и накладная щетина. Вы – Белый Кролик, легендарный английский шпион. Бросайте нож. — Damn! – прорычал Кролик и бросился на Колобка. Раздался выстрел. Это стрелял Колобок, не вынимая револьвера из внутреннего кармана пальто. Кролик выронил нож и сделал еще два неуверенных шага навстречу Колобку. Тот отбросил револьвер и подхватил истекающего кровью Кролика, губы которого что-то шептали. — Что вы говорите? — F… f… follow me… — едва слышно прошептал Кролик и сник. — Это завсегда успеется, — сказал Колобок, затем аккуратно опустил тело на землю, прислонив его к верстовому стобу, укрыл Кролика, как и было предсказано, попорченным и замаранным пальтишком и, переложив револьвер в карман брюк, побрел к видневшейся на горизонте ямщицкой станции Толстая. … А я тебя не буду есть, — сказал Волк и, аккуратно подвернув куцый хвост, присел на лежащую у дороги колоду. — Вот те раз… А чего так, серый? – Колобок уселся подле Волка, а вязанку мышей положил на колоду рядом с собой. — А, ну ее к монахам эту эволюцию с ейным естественным отбором. Все равно попередохнем все не сегодня так завтра… Лиса давеча сказала, что у нас тута экология не того, не то что до Взрыва… Поэтому, говорит, питаться нужно натуральным продуктом, а не мышами вашими, нашими значить, радиктивными… Волк ткнул среднелевым пальцем в вязанку. — Патрикеевна – она умная. Только мне это все уже без разницы. Стар я стал, Колобок Ититьевич, ухи к ночи мерзнут, в боку покалывает. На той неделе хвост вот вырос… — Дык, тебе ж, вроде как, хвост по закону положен… — А чего ж он только в прошлую пятницу прорезался?! И задрипанный-то какой, господи… Э-эх… Ступай, голубчик, не береди душу… — Ну, как знаешь. Я еще к Потапычу зайти обещался. На вот, огнеца пожуй, глядишь полегчает. — И то правда. Может сдохну скорей… «Верно серый говорит, — размышлял Колобок, волоча за собой по дороге мышей, — муторно как-то… „Я теперь скупее стал в желаньях. Жизнь моя, иль ты приснилась мне?“. Это Федор Кузьмич, слава ему, как про меня сочинил… Лукьяненко. — Здесь грустно и одиноко, — сказал Медведь. — Поговори со мной, путник. Колобок нажал на плеере кнопку останова и вынул наушники из ушей. — Что слушал? – поинтересовался Медведь. — Ранний «Наутилус», — сказал Колобок. – Я его всегда слушаю, когда мне тяжело или в пути. Знаешь, Медведь, мне иногда кажется, что все это не для меня. Ведь я мог бы быть обычным колобком, как миллионы других. Ходить днем на работу, а вечером сидеть с друзьями в баре и не вести эту опостылевшую двойную игру… Но ведь граница добра и зла, такая, казалось бы, зыбкая и условная, проходит внутри каждого из нас, вот так… Колобок провел указательным пальцем по своему нулевому меридиану. — … и каждое утро, когда я просыпаюсь и вижу перед собой на стене солнечный зайчик, я говорю себе: смотри, это частичка того Света, который испокон веков ведет бой с Тьмой, и ты, именно ты каждую секунду можешь стать той последней каплей, которая качнет чаши весов в сторону Добра. И вера в это дает мне силы продержаться еще один день. Но с каждым днем мне все тяжелее… Кто может помочь мне?.. — Хороший психиатр, — икнул Медведь и, прогнувшись назад, достал из-под пенька две бутылки «Жигулевского“. – Будешь? — Давай, — вздохнул Колобок и, положив на траву BFG, присел рядом с Медведем». — Конец третьей серии, — добавил Сергей Васильевич™ после небольшой паузы. – Ну, и тут потом идет такой, типа, рэп на фоне титров: — Вот Колобок, простой пацан Колобок, Он от бабки убёг, он от дедки убёг, И от всех остальных, Колобок – калач тёртый. А от Лисы? Ответ в серии четвертой! Йо! Ты-ды-дыж, ты-ды-дыж, ты-ды-дыж, Шыки-тыки-дум, ту-ду-дум, ту-ду-дум! Ширянов. — Слушай, круглый, а ты то куда трескаться будешь? – с интересом спросила Жирафа Длинношеее, перегнулась Колобцу через плечо и заглянула в нутро стрем-пакета. — Пи#деть команды не было… — облизнул пересохшие губы Колобец, методично продолжая подготовку к варке. Баб обиженно отвернулся, презрительно выгнув шею. (О, бл#, тут можно прогнать, как все звери завидуют Жирафе из-за длинной шеи, но мне влом) — Борзый какой… — шепотом сказал Тигр Льву. – Может съедим его нах#й прямо сейчас? — Ты чё, дурак? Варщика? — Я все слышал… — бросил Колобок, дозируя компоненты. — Да не ссы, — сказал Тигр, потирая подушкой правой лапы левое запястье. — Скоро ты там? А то уже… — Короче, мне – семерку! – неожиданно затараторил Лев. — Не, бл#, восьмерку! Восьмерку? Не, ну на#уй, не надо восьмерку… Семь с половиной… Семь и семьдесят пять… Ладно, давай восьмерку, но разбавь пожиже… Нет! Давай… — И мне восьмерку! – заорала в ухо отбивающему Колобцу выпрыгнувшая из кустов Зебра. — Все на#уй с кухни-и-и!!! – абстяжно взвыл Колобец, не на секунду, однако, не прерывая процесс. — Какая кухня? В пи#ду сторчался наш олдовый варщик… – констатировала Зебра с шекспировскими интонациями в голосе. – Джунгли кругом, долбо#б. — Тогда все на#уй с поляны, а ты, мой монохромный друг, возглавишь колонну! Животные, бл#, врубитесь, что вас нету. Я ж вообще не из этой сказки, я сейчас сварю, вмажусь и вы все с чпоком растворитесь. Понятно? — Ну все, пиз#ец, ты довые#ывался,- встал со своего места и изготовился к прыжку Тигр. Чё, хотите знать, что дальше было? А вот #уй вам!. Ну и сам… Есть какая-то инфернальная ирония в том, что жизнь Колобка началась с того, чем у подавляющего большинства других существ она обычно заканчивается – раскаленного противня и танцующих языков пламени. Некоторые самопровозглашенные специалисты в подобных вопросах пожмут плечами и, порывшись во внутреннем кадастре, извлекут с дальней полки пыльный тезис о том, что бог, как известно, тоже панк, только очень олдовый. Другие с пеной у рта будут отстаивать не менее пыльный тезис гласящий, что никакого бога нет, а вместо него в полумраке комнаты, увешанной тяжелыми шторами из красного бархата, на черном журнальном столике стоит старый патефон и столетие за столетием индифферентно проигрывает детский плач, стрекотание цикад под окном в летнюю полночь, затейливый мат прораба за забором стройки, лошадиный топот, пистолетные выстрелы, бормотание шамана, рокот ракетных двигателей, партию Сусанина из оперы Глинки и секретные телефонные переговоры Горбачева с Рейганом на высшем уровне. Иногда, уже на самых внутренних дорожках пластинки, патефон на несколько секунд замолкает, потом аккуратно воспроизводит танго «Утомленное солнце», после чего долго однообразно шуршит, зациклившись на тишине последней дорожки. Разумеется, первые специалисты ехидно заметят, что вот именно тогда из-за красной портьеры выйдет тот самый бородатый неформал и, гремя по паркету гриндерсами, направится к патефону менять пластинку. А вторые специалисты, нисколько не смутившись, скажут… Впрочем, бог с ними. Мы и так уже заочно разругались со вздорным старикашкой Оккамом, бегающим за нерадивыми литераторами по темным закоулкам их подсознания со своим ржавым бритвенным станком наперевес, хотя пока еще не расширили подмножество специалистов даже до той величины, когда оно общими усилиями своих элементов смогло бы ответить хотя бы на первый из многочисленных вопросов, наполнявших тело Колобка, который он задал в день знакомства своему соседу по хлебнице, Батону: — Как получается, что я, Колобок, отчетливо помню некоторые вещи и события, имевшие место в то время, когда никакого Колобка еще не существовало по определению? — А что именно ты помнишь? – уточнил Батон, почесывая свою ребристую спину. — Запах махорки, когда Дедушка открыл рот, чтобы сказать Слово… Руки Бабушки, катающей меня, если это уже был я, по столу… Я часто думаю об этом… — Неплохо, как для выпечки, — похвалил Колобка Батон. – По крайней мере, ты несколько более интересный собеседник, чем та дюжина тупых трехкопеечных булок, которых наши старики умяли под чаёк в прошлую среду. — А ты сам давно здесь? — Вторую неделю, — сообщил Батон. – Знаешь, самое трудное в нашей жизни сохранить эту легкую получерствость, когда тебя уже не хочется порезать на ломти и намазать маслом, но еще рано скормить голубям или пустить на сухари. Мне это пока, как видишь, удается. — А что такое голуби? — Смотри туда, — кивнул Батон на узкую щель под крышкой хлебницы, из-под которой пробивался солнечный свет. Колобок прильнул к щели и увидел угол газовой плиты со стоящей на ней сковородкой, заставленный соленьями подоконник и нескольких огромных крылатых тварей, топтавшихся на узком карнизе с той стороны грязного оконного стекла. Вдалеке, за окном, между покачивающимися на ветру деревьями уходила к горизонту узкая тропинка, затерявшаяся в высокой траве. Колобок отошел от щели, присел на пол, опершись спиной о заднюю стенку хлебницы, и о чем-то задумался. — А вот про это лучше сразу забыть и никогда больше не вспоминать, — сказал Батон. – Я могу научить тебя как продержаться недели две, и это, поверь мне, уже очень хороший результат. Ты все равно не уйдешь дальше кухни. В крайнем случае, упадешь за холодильник, где тебя еще неделю будут доедать тараканы. Колобок не отвечал, рассматривая через полуприкрытые веки солнечный луч из-под крышки. Однажды вечером Дед открыл хлебницу, достал из нее Батон и, взяв со стола нож, ушел в комнату. Колобок, сидевший все это время в углу, затаив дыхание, вскочил со своего места и выкатился из хлебницы. Зацепившись за висящий в воздухе конец бельевой веревки, Колобок раскачался и спрыгнул на подоконник. — Доску возьми, старый пень, весь стол поцарапаешь, — послышалось из комнаты, и Колобок услышал приближающиеся шаркающие шаги. Путь к окну казался невыносимо долгим, хотя Колобок катился со всех ног, опрокидывая по пути банки с маринованными огурцами и путаясь в огромных бусах из репчатого лука, свисающих откуда-то с неба. Наконец, Колобок ухватился и повис на оконной ручке. Окно со скрипом отворилось, и на подоконник посыпались окаменелые окурки. Беглец уперся ногами в раму и из последних сил надавил спиной на приоткрытое окно, медленно расширяя щель. Голуби повернулись в нему клювами и, казалось, облизывались. Колобок закрыл глаза и мысленно попрощался с жизнью. Интересно, подумал Колобок, словосочетание «прощание с жизнью» подразумевает, что жизнь является чем-то отличным от прощающегося, то есть прощающийся в этот момент уже мертв и, таким образом, прощаться уже некому, да и не с кем, если только мы не допускаем возможности наличия у трупа той стадии шизофрении, когда больной окончательно прекращает взаимодействовать с объектами материального мира и переключает фокус своего внимания на сомнительные абстракции типа жизни, смерти и биржевых тенденций. Прощаться, кроме того, некогда и негде, потому что… Вдруг одна из птиц заметила быстро приближающегося по коридору Деда, который тяжело дышал и однообразно матерился. Голуби, как по команде, взмахнули крыльями и сорвались с подоконника, обдав Колобка потоком наполненного мелкими перьями воздуха. Дед, с несвойственной людям его возраста прытью, подскочил к окну и протянул морщинистую руку к Колобку. Колобок сделал два шага по карнизу и упал в траву, но тут же вскочил, выкатился на тропинку и стремительно покатился по ней прямо вперед, прислушиваясь к бешенному стуку своего сердца так, как если бы оно у него было. * * * Каждый, кому летом 2005 года доводилось курить хорошую траву среди залитых солнечным светом крымских холмов, знает, что это не имеет ничего общего с употреблением кокаина на безлюдных и бесчеловечных петроградских проспектах 24 октября 1917 года. Шутка. Уже не первый день Колобок катился по тропинке, с каждым километром отмечая про себя плавные, но неумолимые изменения окружающего пейзажа. Несколько раз далеко в степи проносились отряды неизвестно кому подчинявшейся конницы, поднимая к небу столбы пыли и распугивая сабельным свистом зазевавшихся сусликов. В придорожных канавах мрачно ржавели невесть как попавшие сюда бронепоезда. Несколько раз на тропинке появлялись идущие навстречу Колобку пьяные махновцы, распевавшие нестройным хором «Полем, полем, полем буйный ветер пролетал…». «Какой отвратительный слог, — думал Колобок, пережидая в придорожном леске. – Если это из нового Блока, то Саше положительно пора завязывать с ночными аптеками…». В одной из встретившихся по пути сгоревших деревень Колобок обзавелся простреленной кожаной курткой, кожаной кепкой с красной звездой и маузером без обоймы. Катиться стало труднее, но, по крайней мере, можно было не так опасаться неожиданной ночной встречи с какой-нибудь пьяной пролетарской сволочью. Однажды подле отдыхавшего на обочине Колобка остановилась тачанка. На ее борту была крупная надпись, грубо намалеванная белой краской: «Мне приснился бог-отец, он сказал, что всем №;%:?*ец». — Бойцы балуют, — пояснил пассажир тачанки, проследив направление взгляда Колобка. Длинные уши пассажира были аккуратно уложены вокруг головы и стянуты тонкой резинкой, густые усы недавно напомажены, но уже покрыты обильным слоем кокаина. Незнакомец был одет во френч без погон и штаны с красными лампасами, заправленные в идеально нагуталиненые сапоги. Короче говоря, совершенно невозможно было определить его политическую и военную принадлежность, а без этого продолжать разговор представлялось опасным. — Моя фамилия Заяц, — представился пассажир, — а вы, надо полагать… — Колобок, — сказал Колобок и сдержанно поклонился. — Скажите, а вы действительно верите в конечное торжество идеи, за которую боретесь? – кивнул Заяц на звезду на кепке Колобка, хитро прищурившись. — В ней есть что-то ювенильное, и мне как футуристу это льстит, — осторожно сказал Колобок. — Но каковы ваши личные перспективы как живого существа на этом пути? – улыбнулся в усы Заяц. – Быть может, верхняя ступень вашей метафизической реализации – стать легендарной ленинской чернильницей? «Нет, он не большевик. Впрочем, он может оказаться просто искусстным провокатором. В любом случае, осторожность не повредит». — Вы софист, — сказал Колобок. — Мой друг барон часто упрекает меня в том же самом, — рассмеялся Заяц. – Я, однако, возражаю ему так: в сравнительном сопоставлении софистики и философии у последней нет ни малейших шансов. Да хоть прислушайтесь, как звучит это слово: «философия». Похоже на медицинское название какого-нибудь редкого человеческого извращения. — Опять софистика, — покачал головой Колобок. — Впрочем, вы правы, черт с ними, с извращениями, — махнул лапой Заяц. — Залазьте ко мне в тачанку, в ближайшей уцелевшей деревне нас ждет первач и вареная картошка с животным маслом. Там и поговорим. — Мне что-то подсказывает, что после самогона вы не ограничитесь картошкой… — Мил человек! Так ведь ежели не я, то в скором времени вас съест ваш собственный ум, а это на порядок мучительнее. Уж поверьте мне, старому солдату, — Заяц наморщил лоб и сделал вид, что достает из-за пазухи и раскуривает трубку. — Не юродствуйте. Мне было приятно беседовать с более-менее образованным человеком, но будет лучше, если мы с вами немедля раскланяемся и продолжим наше путешествие порознь. — Ну, как знаешь, солдатик, — сказал Заяц, улыбнувшись в усы, дал знак вознице и, в скором времени, тачанка скрылась за поворотом дороги. * * * — Вобщем, как сказал Талуб Сайб, мир праху его, каждый видит лишь то, что в нем уже есть… А может быть это не он сказал и по другому поводу. Короче, ты меня утомил уже своей тысячью и одной ночью. У меня-то времени много, а тебе завтра в девять на работу, менять картридж Вере Павловне. Так что добро пожаловать к столу. То есть, на стол. Ну, строго говоря, как вариант, ты еще можешь со мной драться, хотя я бы и не советовал. У тебя сабля есть? Колобок печально посмотрел на размахивающего остро отточенным ятаганом Волка, поднялся с коврика и поправил чалму: — Найдется… — Подожди, — сказал Волк, положил саблю на пол, упал, тихо стукнувшись коленными чашечками, на предательски зашатавшуюся под ним плиту и, прикрыв глаза, застучал головой об пол, нараспев читая какую-то молитву. «Фанатик обкуренный, — тоскливо размышлял Колобок, выковыривая концом сабли грязь из-под ногтя. – Чикнуть-бы его прямо сейчас – и вперед на девятый уровень. Так ведь скрипты не дадут. Принц? Получи нулевой уровень коварства и дополнительные миссии по спасению из пропасти раненой ламы». — Ну все, я готов, — доложил Волк и, без паузы, сделал выпад и ранил Колобка в плечо правой руки. «Вот у этого-то проблем с коварством точно нет…», — подумал Колобок, зажимая рану левой рукой и пятясь к разрезалке пополам. Волк хищно ухмылялся, технично размахивая саблей по однообразным овальным траекториям. С поверхности сабли срывались стайки оранжевых пикселей. Волчий ятаган еще пару раз задел Колобка, оставив в его теле несколько разрезов, расчет формы проекций которых Колобку очень тяжело давался на парах начертательной геометрии. За спиной монотонно гремела разрезалка пополам. С ней все было проще – проекция на плоскость разрезалки давала идеально ровный круг, как ни крути. «Что-то я не о том думаю, — лихорадочно размышлял Колобок. – Мне бы читы какие припомнить… iddqd?.. there is no cow level?… Ну все, приплыл…» Внезапно стена прямо напротив Волка дала трещину и через мгновение, разбрасывая по коридору обломки кирпичей, на уровень въехал танк «Абрамс». Некоторое время танк вращался на дергающемся спрайте Волка, затем мотор заглох и из люка в башне показалась довольная харя Семена Семеновича в мазуте и шлемофоне: — It’s all over! Be cool, good citizens. — Семен Семенович… — Колобок разочарованно оттолкнул клавиатуру и обернулся к колдующему над окном шестнадцатиричного редактора соседу по комнате. – Ну, и кто вы после этого? Колобок отпил из кувшина, снял со стены факел, отыскал на полу свой ятаган, засунул его за пояс и побежал по коридору, иногда подтягиваясь на узких карнизах и перепрыгивая с разбега каменные колодцы, из дна которых торчали острые шипы. * * * Когда дверь, к которой Колобка прижала невидимая сила, все же раскрылась, оказалось, что троллейбус уже тронулся, и теперь надо прыгать прямо в лужу. Колобок прокатился несколько оборотов, едва успевая делать вдохи, когда физиономия оказывалась на поверхности лужи и, наконец, уперся лбом в бордюр. — Ну, всё, вымпел тебе, стахановец краснознаменный, — ласково поприветствовал Колобка бригадир на пороге цеха. – Трудячь на ковер к Михайлу Потаповичу, он тебе сейчас устроит поднятие целины в четыре года и льготную путевку на БАМ, полный ты кавалер ордена за заслуги перед мавзолеем. Колобок не пил уже шестой час и теперь с трудом преодолевал территорию завода по диагонали, направляясь в расположенный в дальнем углу двухэтажный корпус, в котором обитали Михаил Потапович со своей секретаршей Любочкой, бухгалтерия, отдел кадров и прочая трудодень. — Михаил Потапович, к вам Колобок, — сказала Любочка в селектор. — А, притрудячил, наконец, дружественная лумумба… Ну, пущай заходит, будем, что называется, перенимать опыт, — раздался из селектора голос Михайла Потаповича, увенчавшийся тихим щелчком. Любочка поднялась из-за стола и, вильнув хвостом, открыла перед Колобком дверь в кабинет. Михаил Потапович сидел за столом, закинув задние лапы на дубовый стол, и смотрел стоящий в углу цветной телевизор «Электрон». По телевизору транслировали съезд. На трибуне, потрясая редкими клочками седой шерсти, самозабвенно выл академик Сахаров. В зале раздавался возмущенный лай, топот и скреб когтей о спинки кресел. — Товарищи, я попросил бы вас сесть на свои места и упокоиться. Борис Николаевич, немедленно выплюньте ногу народного депутата. Товарищи, на нас смотрит вся страна, — Михаил Сергеевич в президиуме нервно тряс остатками гривы и, не контролируя себя, громко бил кисточкой хвоста по полу. Михаил Потапович подошел к телевизору и с плохо скрываемой досадой выключил его. — Везде бардак! – выкрикнул Михаил Потапович. – Я устал! Мне уже третий месяц везут из Алма-Аты эти социалистические гайки, эти октябрятские звездочки, раструби их горн. Передовики производства! Да я бы пешком их уже переносил за три-то месяца. Наш славный Госплан, дружинник его пожури, совершенно перестроился с катушек! Невозможно работать! Это просто плюрализм, Колобок! Нет, Колобок, это не плюрализм и даже не гласность, это надвигается полный и окончательный вымпел, который в скором времени и воспоследствует, программу «Время» не смотри. Михаил Потапович обессилено упал в кресло. — Видишь, что делается, голубчик? А тут еще вы со своим передовым алкоголизмом и сверхурочными прогулами… Колобок виновато вздохнул. — Послушай, Бока, ты ведь сидел? Колобок не отвечал. — Ты сидел, Бока, у тебя в деле записано. Да ты не тушуйся, я ведь тоже сидел. Не за тяжкие телесные, как ты, конечно, а так… По финансовой части… Михаил Потапович меланхолично перебирал скрепки на столе. — Так вот у Ницше, Колобок, было одно хорошее место, где он рассматривал мифологему… — Михаил Потапович, — раздался испуганный голос Любочки во внезапно включившемся селекторе, — во втором цеху Тушканчика балкой придавило! — Медаль за освобождение Киева… — пробормотал Михаил Потапович и уронил голову на лапы. Колобок неслышно встал со стула и крадучись вышел из кабинета. * * * «Со времен Гоголя хорошо известен следующий литературный сюжет: ездит один дурак по миру в двуколке и пытается выцыганить у других дураков какие-нибудь совершенно бесполезные вещи, полагая, что только ему доступна их, вещей, скрытая польза. А те, другие, дураки ни за что не хотят делиться с первым, полагая, что рано или поздно вычислят эту эфемерную пользу сами, и уж тогда сгребут весь свой хлам в собственную двуколку и, трясясь на дорожных ухабах, сами поедут к линии горизонта срубать реальное бабло. Толку от этих мечущихся воображаемых дураков никому ровным счетом никакого, разве что рублей пятьдесят Николаю Васильевичу на новый экипаж». Колобок еще раз перечитал лежащий перед ним листок с текстом и пожал плечами: — Совершенно не представляю себе, куда бы это можно было затулить… Знаешь что, Киса, выдай этому нашему молодому таланту бумажку в бухгалтерию кусков на пятьдесят, только я тебя умоляю, не зелени, как в прошлый раз, с тебя станется, и отправь его, я не знаю, в какой-нибудь белорусский филиал, набивать руку. — Yes, my lord! — Киса подмигнула Колобку и выпорхнула из кабинета, игриво потрясая тощими бедрами. «В какой-нибудь литературный журнал пойдет, между свадьбой Ксюши и терактами в Лондоне», — определился, наконец, Колобок и стряхнул рукопись в ящик стола. Зазвонил спутниковый телефон на мраморной подставке. — К вам посетитель, — промурлыкала в трубке Киса. Колобок расковырял пальцем галстук и дал ему сползти на пол, потом расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и, подойдя к окну, некоторое время задумчиво наблюдал беззвучно ползущие по набережной вдоль стен Кремля в обе стороны автомобили. — Алло? – настороженно спросили в трубке. — Киса, а хули ты мне опять звонишь в соседнюю комнату через спутник? – меланхолично спросил Колобок. — Ой, это дорого, наверное… — Да хрен бы с ним, дорого, мы, слава богу не бедствуем. Но у тебя же есть селектор… — голос Колобка не выражал никаких эмоций. Он неморгая смотрел прямо перед собой в пасмурное московское небо. — А тут сложно… — Там всего одна кнопка, лапа… И надпись: «Михаил Потапович, директор“, царствие ему небесное… Я этот селектор специально выкупил тогда, в девяносто втором, когда завод окончательно накрылся медным тазом, а Михаил Потапович повесился в столовой на подтяжках… — Извините… — Да ладно… Кто там еще?.. — Лизавета Патрикеевна по личному вопросу. Колобок отметил про себя, что испытывает странное и незнакомое до сих пор чувство, которое, из всех сколько-нибудь вербализированных человечеством на сегодня чувств, полнее всего соответствовало так называемому облегчению. — Ну, вот и вымпел пришел… С задержкой в три пятилетки… — Как вы сказали? — Проси, — сказал Колобок и повесил трубку ________________.zip

Ужас. Какая серость. Опомнитесь!

QUOTE (FRAGMENT @ Aug 16 2005, 00:19) 2046 - Выращиваются любые органы. Замена органов становится одним из лучших методов лечения. Красной нитью идёт ксенофобия. Вполне в духе времени. http://forum.academ.org/html/emoticons/sad.gif P.S. Методов лечения мусульман, надо полагать http://forum.academ.org/html/emoticons/smile.gif

Некторые меня прям взбодрили Дорогой, где ты был? - Бегал. - Странно, но футболка сухая и совсем не пахнет! - Дура, я бегал в другой футболке! - Дорогой, где ты был? - Бегал. - Странно, но футболка сухая и совсем не пахнет! - А ты кроссовки понюхай! - Дорогой где ты был? - Бегал - Странно но трусы сухие и совсем не пахнут? - Сук@ , футболку нюхай! - Дорогой где ты был? - У соседки. - Странно, но футболка пахнет , как-будто ты бегал! - Дорогой, где ты был? - Срал. - Странно, но бумага сухая и совсем не пахнет! - Дорогой где ты был? - Писал креативы - Странно но твоя футболка не пахнет - А с х%я ли она должна пахнуть и ты за$бала все нюхать. Убейсибяапстену. Иди нах... - Но... - Я сказал - иди нах... - Дорогой где был? - Бегал - . .. - А чё? - Х%й через плечо, наконец-то я тебя подъе%ала - Дорогой ты где был? - Стрелял по лягушкам в Германии лазером из космоса со спутника! - Странно, но травой не пахнет - Дура, я под LSD - Дорогой, а почему от тебя пахнет? - Потому что я сегодня бегал в гидроскафандре - Дорогой где ты был? - Бегал - Странно но твоя футболка совсем не пахнет - Мне что, бл%дь, на руках бегать, чтобы от меня воняло? - Дорогой, ты где был? - Нюхал! - Клей? - Нет, бл% , футболку! - Дорогой, ты где был? - Пошла на %уй!

QUOTE (PKS @ Aug 12 2005, 01:14) Кстати, ну а зачем вообще с инета качать-то было, коль оно лежит неподалёку? У меня, скажем? Я не местный http://forum.academ.org/html/emoticons/sad.gif

Пакет программ PowerToy в который входит TweakUI. Энджой! http://forum.academ.org/html/emoticons/smile.gif PowerToy.zip

Да. Скачал с другого сайта ( оригинал с Микрософтовсовкого ) - работает. Спасибо. http://forum.academ.org/html/emoticons/biggrin.gif

"Своя игра", "100 к 1", "Камеди клаб", "КВН". Но ооочень редко. Иногда для проведения культурной закалки смотрю "5 вечеров" ,"Принцип домино" , вчера вот смотрел "Сармата" и по Ren-TV вечером сериал про бандитов http://forum.academ.org/html/emoticons/laugh.gif Абсолютно дремуче-бредовый про бандитов в кожаных куртках из 90-х. http://forum.academ.org/html/emoticons/_blevota_.gif Кто-нибудь знает название?

QUOTE (SEVER @ Aug 4 2005, 00:44) по моему полное г***о полнейшая тупость http://forum.academ.org/html/emoticons/_blevota_.gif 100% Фильм ни о чём. А эпизод с лазерной решёткой-ловушкой, вообще апофеоз дебилии http://forum.academ.org/html/emoticons/angry.gif

Скачал программу TweakUI из пакета Power Toys. А она не работает говорит что не является приложением Win32. Как быть? Оригинал прилагаю. TweakUI.zip

QUOTE (Getero @ Aug 3 2005, 20:03) Перед прочтением траву не курить, иначе убьёт наповал. Только покурив и читать, ибо не смешно. Разве что местами.

Посмотрел на верх и задумался... http://forum.academ.org/html/emoticons/rolleyes.gif

У меня с друзьями есть забава- обмен не смешным "юмором".Шутки,анекдоты, истории и каламбуры вызывающие ненависть тупостью, избитостью и отсутствием глубины. Предлагаю "мочить" на форуме. Например: Две блондинки на Алтае возле обочины (видимо только что вылезли из попутки) думают где бы им разбить палатку. - А давай прямо тут, на обочине? - предложила первая. - Ты что дура чтоли? - парировала вторая - Давай посреди дороги разобьем - там гладенько и никаких шишек, пыли и прочей грязи... - Точно! - согласилась первая. Утро. Из палатки вылазит одна из блондинок. Увидев что на обочине валяется перевернутый камаз радостно будит подругу и гордо заявляет: "Вот видишь какая я умная, а если бы разбили палатку на обочине, то убило бы нас н**ер!" И причём здесь Алтай? http://forum.academ.org/html/emoticons/angry.gif Или вот: В ответ на хит отечественного рэп певца Сереги «Черный бумер», одна из афро-американских рэп групп подготовила к релизу римейк песни с рабочим названием «Белый б умер!

QUOTE (Morris @ Aug 1 2005, 01:13) Пользователя "System" в правах не ограничивали? Нет. А если бы и да, со 2 попытки работает... http://forum.academ.org/html/emoticons/sad.gif

Перед скандиском появляется сообщение "Cannot open volume for direct access". Делее запускается Винда. Если снова "заказать" скандиск и перезагрузиться-всё нормально, идёт скандиск.Теряюсь в догадках http://forum.academ.org/html/emoticons/huh.gif P.S. У меня ХР СП1, винт Сигейт.

Автор файла с этим текстом утверждает, что он подлинный. Министру Внутренних Дел Украины Дмитренко Сегрея Ивановича г. Киев -152, ул. Серафимовича д. 3 кв...(неразборчиво) ЗАЯВЛЕНИЕ 18.01.2003 года в 11:30 я имел беседу с дознавателем Шевченковского ГАИ г. Киева Штулем И. И. на предмет моего участия в ДТП. В беседе со мной инспектор вел себя как законченный га№дон - не слыша никого кроме себя, повторял один и тот же то ли вопрос, то ли утверждение - двигался ли мой автомобиль задним ходом в момент ДТП. Т. е. - я виновным в ДТП себя не признаю! Этот мой постоянный ответ на его постоянный вопрос видимо ставил его в затруднительное положение. Тогда какой-то муDило в штатском (что за #уй - непонятно он сидел в кабинете слева от входа за столом у окна) давал советы типа: оставить на 5 минут одних участников ДТП в кабинете пусть, мол, сами раз##бутся. Как прикажите понимать такую пиDерастию? Это или естественная умственная деградация вызванная нехваткой глюкозы, или депрессия из-за перенапряжения и попыток следовать распорядку дня, превышающему его умственные, эмоциональные и физические возможности, или это #банутый стиль работы Шевченковского ГАИ. На мою просьбу написать мне свои данные - фамилию, должность инспектор скривил свое #бало, швырнул ручку и бумагу и предложил сделать это самому. Для меня, человека тонкой душевной организации, такое отношение государственного служащего неприемлимо. Я не требую от инспектора чтобы он в беседе со мной был застенчивый как #уй на морозе, но и вести себя нагло как танк никому не позволю. Я требую разбирательства в рамках закона! Почему мне не дали копии документов как я того просил? Инспектор пи#дел какую-то #уйню и ссылаясь на ст. 121 УПК Украины отказывался дать мне копии документов. В ст. 121 УПК я нигде не нашел запрета на получение копий объяснительных, схему места ДТП. С каких это пор объяснительные и схема ДТП стали результатами предварительного следствия? Как известно дурак бывает таким, что рядом с ним чувствуешь себя идиотом. Какое у него образование? Кто за ним стоит и кому это выгодно такое пи#доватое отношение к работе? Юридические знания не заменишь голосовыми данными и искусной жестикуляцией и как бы он не хмурил брови и не морщил лоб - такой перекос лица меня не убеждает. Надо проверить и другие подобные дела, которые вел инспектор Штуль, а также начальника Шевченковского ГАИ - ведь какая-то #лядь назначила Штуля дознователем с правом решать судьбы людей. Один такой сотрудник, который выгодно отличается от хороших людей, заменяет десять ихних террористов. Я тут Zопу рву стараясь наполнить бюджет, уже и матня вся седая, а какие-то рас#издяи делают бездоказательные заявления, которые могут лишить меня кровно заработанных. Общаясь к сотрудниками МВД могу сделать неутешительный вывод: враждебные элементы проникли в МВД, это конечно отдельные элементы, но они составляют в МВД большинство. Действия инспектора Штуля И. И. я нахожу предвзятыми и некомпетентными, а так как он является служащим, принятым на службу государством от моего имени, то прошу уволить его из органов МВД, а также уволить того советчика из каб.11, который давал советы Штулю 18.01.03г. Отдельно требую выдать мне копии объяснительных и схему ДТП. Ответить прошу письменно в установленные законом сроки. 20.01.2003 (подпись) Дмитренко С. И.