Предлагаю открыть тему о нашем биг-бэнде. Слышала разные мнения об этом оркестре, но все-таки это жемчужина нашего города и нашего музыкального мира, это бесспорно (по крайней мере, с этим никто спорить не пытался). Можно обмениваться мнениями и нформацией.

Например, 5 мая 2006 года в Большом зале филармонии - закрытие сезона на биг-бэндовском абонементе. Биг-бэнд и ансамбль Шаромова представляют программу классического джаза(Каунт Бэйси и Дюк Эллингтон).

 

 

 

upd 31/01/2009: Вот здесь обновленные ссылки на текстовые файлы. Welcome! :)

Изменено 31 января, 200917 г. пользователем jazzband

Бат Нот Фо Ми (список может быть неполным :hmm:)

 

В ДУ была эта пьеса?!. В Строителе играли The Man I Love Гершвина в аранжировке Пономарева, Андрей Трофимчук чудно солировал на гитаре :supdup:

Верно, моя ошибка. О чем-то своем думал, когда писал.

 

Завтра, 4 января 2013 года, в 19.00 в ДУ абонемент 11а "Джазовый", биг-бэнд Владимира Толкачева представляет программу "Оркестровый фьюжн и джаз-вокал".

 

В отделении, посвященном джазовому вокалу - Наталья Соболева и джазовые стандарты, а вот в отделении оркестрового фьюжна - музыка из репертуара оркестра Боба Минтцера (новая программа). :supdup:

 

You are welcome! :supdup:

На видеоканале оркестра появились

(сентябрь 2012, ДК Строитель). Welcome! :supdup:

 

Биг-бэнд Владимира Толкачёва играет музыку Боба Минтцера! :supdup:

О проекте "Большой Джаз" на ТК "Культура".

 

ПЕРЕДОВЫЕ ИНИЦИАТИВЫ НА ДЖАЗОВОМ ФРОНТЕ

(вести с полей телевизионных павильонов)

 

Намедни все мы оказались свидетелями того, как вполне приличный с виду канал внезапно оказал джазу вполне медвежью услугу, закатив помпезное шоу с размахом, которого джаз явно не ожидал, поскольку не видывал ничего подобного за всю свою историю и уж точно не увидит более никогда. Это бы еще полбеды, если бы в основу проекта не легли идейные наработки низкопробных супер рейтинговых реалити-шоу, отчего вся затея выглядит как продукт, несущий в себе признаки этой замечательной пошлости. Благие намерения, с которыми полуграмотные энтузиасты устремляются в сферы, о специфике которых имеют весьма и весьма поверхностное представление, в итоге всегда чревато профанацией, в данном случае, и это прискорбно, одного из величайших культурных феноменов ХХ века. При этом самое печальное то, что почтеннейшей публике, к которой обращены популяризаторские устремления незадачливых авторов, предлагается неудобоваримый компот из великих джазовых стандартов в скромной интерпретации робких конкурсантов (которым, естественно, очень трудно было чувствовать себя на должном уровне как в сравнении с великими образцами, так и со своими выдающимися предшественниками, их создавшими) и шлягерных «шедевров» отечественной массовой песни (ни малейшего отношения к джазу не имеющих). Это, во-первых, как в том, так и другом случае выглядит явно контрпродуктивно с точки зрения творческого стимула, а во-вторых, способно породить лишь предельно дилетантские представления простодушной аудитории о джазовом музицировании как очередном продукте индустрии развлечений, наводнившим ныне все медийное пространство, но совершенно не в состоянии адекватно представить серьезный жанр во всей его значительности и сложности. Если к тому же еще добавить слабо свингующее, весьма посредственное сопровождение (а оркестр выписан аж из самой Америки!) с его, как бы это поделикатнее сказать, ученическими, абсолютно не характерными для биг-бэнда аранжировками, то вряд ли заказной претенциозный триумф можно назвать воплощением того, в чем отечественный джаз и его публика сегодня нуждаются.

 

В.Н. Толкачев

http://vk.com/album-40127820_176189370

 

Фотоальбом, выступление Биг-бэнда Владимира Толкачева, ежегодный филармонический фестиваль "На ступенях", 26.06.2013

Смотрите на видеоканале оркестра

17 июля 2013 года. :supdup:

2013 год, при поддержке Министерства культуры НСО.

Обновления на видеоканале Биг-бэнда!

 

Биг-бэнд играет рок-н-ролл!

 

Биг-бэнд и Бобби Харден, 23.03.2014

Огромное ОГРОМАДНЕЙШЕЕ спасибо за публикуемые ссылки! Был на Хардене с женой - вспомнил, прослезился..

 

В эту среду (24 сентября 2014) Биг-Бэнд Владимира Толкачева стартует новый сезон в ДУ СОРАН, а я болею.. как несправедливо устроен этот мир. :(

Писать на видео концерт в филармонии будут? Ну пожаааалуста!

Писать на видео концерт в филармонии будут? Ну пожаааалуста!

 

Будут ли писать в ДУ - не знаю, а в ГКЗ будет писать филармоническая студия. :)

 

Был в детстве на концерте этого замечательного биг-бэнда. Думаю как-нибудь ещё сходить. :)

24 марта в 19.00 в Концертном зале ДУ СО РАН Биг-бэнд Владимира Толкачева играет Дюка Эллингтона! Welcome!

 

Хороший концерт.

Идея с записками Толкачеву - отличная. Мэтр явил отменное чувство юмора.

 

Однако состав биг-бэнда подсократился немного..

 

А где Екатерина Хрипунова? Вышла замуж и до свидания?..

Тангейзер – по ту сторону таланта

 

Разразившийся скандал вокруг постановки Тангейзера вновь всколыхнул две старые, как мир, проблемы. Первая – культура и общество, вторая – художник и свобода творчества.

 

То, что сегодня происходит в интеллектуальной жизни и искусстве, можно смело охарактеризовать как торжество заурядности, внедрение массового ценностного стандарта во все сферы нашей жизни. Масштаб этого дилетантского мракобесия воистину потрясает. Интеллектуальное хамство масс проявляется повсюду; люди готовы судачить абсолютно на любые темы, независимо от степени их сложности. Если уж толпа считает себя вправе давать советы правительствам и президентам, то ей ли не знать, что и как должны делать представители художественной культуры. Вот они, издержки либеральной демократии, от которых сегодня буквально стонет Европа, и что в недалеком будущем ожидает нас, если мы окажемся не в состоянии учиться на чужом опыте. Увы, слишком долго государство поощряло избалованные массы своими льстивыми заигрываниями, пока те, решительно отвергнув обязанности, не стали чувствовать себя обладателями неограниченных прав. Так пишется сегодня новейшая «великая Хартия варварства». (Х. Ортега) Нет ничего более нелепого, вредного, когда эстетические вердикты начинают выноситься на площадях. Когда масса решает, каким быть произведению искусства, а каким – нет, вместо того, чтобы предоставить это профессионалам.

 

В чем суть возникшего конфликта? В том, что некто увидел объект своего поклонения, мягко говоря, в непривычном месте и посчитал себя тем самым глубоко оскорбленным. Прежде всего, не следует забывать, что произведение искусства – это всего лишь то, что оно есть, т. е. выдумка, нереальность, в отличие, скажем, от политического манифеста, идеи которого представляют вполне ощутимую силу и в один прекрасный момент могут быть реализованы. (Противоестественная попытка изменить мир в соответствии с литературным сюжетом, ничего хорошего не добавила ни обществу, ни сюжету и потерпела закономерное историческое фиаско). Искусство же изначально имморально. Поэтому идеи, которые оно содержит, не имеют никакого практического смысла. Единственным способом сохранить в порядке свою нервную систему, - это начать относиться к предметам искусства не эмпирически, а эстетически. Это значит, что оценивать поступки персонажа драмы, ее сюжет, нам следует не так, как если бы предстояло со всем этим жить, а с точки зрения других персонажей драматического действия, к которым они собственно и относятся. Т. е. не с точки зрения нашей жизни, а с позиции потенциальной жизни, ее идеи. Искусство вообще имеет дело лишь с идеями, посредством которых по-своему исследует действительность. Однако большинство людей сегодня, к сожалению, не знает другого способа отношения к предметам, кроме утилитарного. Приведу один простой пример: современная реклама какого-нибудь фильма или книги с особой гордостью всегда восклицает, что «сюжет основан на реальных событиях». Те, кто это придумал, совершенно не сомневаются в том, что потребитель оценит бытовой факт как лучшую характеристику «эстетических» достоинств продукта, исходя из того, что жизненная правда всегда ценнее вымысла. Но эмпирическая жизнь лишена эстетики - она всегда прагматична. Между тем, чтобы в реальном выявить художественное, нужно творческое усилие; и совершенно неважно, что будет служить поводом для создания произведения, реальный факт или вымышленный, в любом случае исходное содержание будет подвергнуто воздействию авторской фантазии, и в результате неизбежно окажется выдумкой, т. е. эстетизируется.

 

Каким образом в злосчастном сюжете возник Христос, которого менее всего ожидали увидеть в этой достаточно известной средневековой легенде, одному ему же, вероятно, и известно, но он там оказался на свою беду, только не по собственной воле, а по воле всесильного автора. А сейчас давайте разберемся, имел ли право режиссер использовать этот образ во внесакральном контексте.

 

Еще в эпоху Возрождения в литературе наряду с серьезными, официальными, церковно-культовыми формами, стали существовать образы пародийные, карнавальные, гротесковые, которые имели подчеркнуто внецерковный, внегосударственный характер, где вся официальная церковная идеология и обрядность показаны в смеховом аспекте, так называемая «parodia sacra». Вот, что писал по этому поводу крупнейший исследователь культуры Ренессанса М. Бахтин. «Двойной аспект восприятия мира и человеческой жизни существовал уже на самых ранних стадиях развития культуры. В фольклоре первобытных народов рядом с серьезными (по организации и тону) культами существовали и смеховые культы, высмеивавшие и срамословившие божество («ритуальный смех»), рядом с серьезными мифами – мифы смеховые и бранные, рядом с героями – их пародийные двойники-дублеры», и еще «…некоторые карнавальные формы прямо являются пародией на церковный культ. Все карнавальные формы последовательно внецерковны и внерелигиозны. Они принадлежат к совершенно иной сфере бытия». Вот несколько наиболее известных из дошедших до нас образцов: «Литургия пьяниц», «Литургия игроков», «Похвала глупости», и т. д., а чего стоят пародии на евангельские чтения, молитвы, в том числе и на священнейшие («Отче наш», «Аве Мария»); и все это было освящено традицией и в какой-то мере терпелось церковью. Даже в те суровые времена уровень толерантности по отношению к культуре был несравненно выше, чем сейчас. Но во всем этом была не только и не столько попытка осмеяния святынь (голое отрицание вообще совершенно чуждо культуре), сколько намерение взглянуть на привычные ценности под другим углом зрения. Отрицая, карнавальная пародия одновременно возрождает и обновляет.

 

Мотив фамильярности по отношению к высокому сохранился и в современном искусстве; и любой художник, как и пятьсот лет назад, когда практически не существовало запретных для художественного изображения тем, имеет право на использование любого аспекта многообразного современного социума, и здесь только мера таланта и художнической ответственности будет служить ему эстетическим ограничением. Мы, конечно же, можем не соглашаться с художником, с просмотренным спектаклем, мы вправе критиковать в печати его творческий метод, но это все, что может позволить себе цивилизованный человек, не выходя при этом на площадь. И потом, давайте будем честными – сегодня христианской доктрине глобально ничто не угрожает, тем более смешно воспринимать всерьез наивные измышления какого-то провинциального режиссера. А уж запрещать произведение искусства на основе того, что оно может кого-то оскорбить, - это равносильно запрету изготовлять ножи, потому, что ими можно при желании кого-то убить.

 

То, что произошло на сцене новосибирского театра с произведением Вагнера, это всего лишь один из многих случаев так называемого «осовременивания», «адаптации» классики. Но что и к чему здесь нужно адаптировать? Любое произведение отражает способ мышления, способ чувствования своей эпохи. Если автор будущей постановки находит в первоисточнике все эти вещи актуальными для своего времени, то проблемы нет, он просто берет и ставит спектакль. Если же он их не находит, то, возможно, произведение безнадежно устарело, и в постановке нет никакого смысла. Только и всего. Зачем же нужно во что бы то ни стало насильственно реанимировать то, что отжило, утратило интерес и несовременно в принципе? Актуальность произведения определяет особенность его языка, т. е. стиль, посредством которого все эти ментальные понятия выражаются. Не тема бывает современной, или не современной, как думают многие (в этом смысле мир мало изменился и репертуар здесь, как и тысячу лет назад все тот же), а способ ее выражения. (Насколько современен сегодня Бах и насколько устарел Телеман). В 19 веке сказать женщине: «твои глаза, как звезды», означало сделать ей изящный комплимент, и эта метафора вполне могла быть начертана на знамени всего великого Романтизма, однако, сегодня подобное словосочетание в отношении современной женщины, скорее будет расценено как непростительный лингвистический анахронизм. Чтобы вызвать интерес к художественному событию, совершенно не обязательно производить перекодировку его языка, возможно и другое – попытаться детально реконструировать выразительные особенности эстетики ушедшей эпохи и таким образом инспирировать возможный интерес (аутентичный метод). Но, несомненно одно, как первый, так и второй путь предполагают наличие важного качества, именуемого художественный талант. А вот обладает ли им большинство нынешних актуализаторов – это большой вопрос.

 

Сегодняшняя ситуация в театральном искусстве напоминает ту, в которой оказались некоторые композиторы поствеберновского периода, когда для множества посредственностей атональность оказалась последней возможностью остаться на плаву, сохраниться в профессии. Так же и современные театральные режиссеры, прикрываясь «актуализацией», как ширмой, пытаются путем примитивного эстетического паразитизма выживать за чужой счет. Вот и злосчастный наш Тангейзер стал жертвой этого модного поветрия, порождением которого является, кстати, современное диджейство, превратившее заурядного диск-жокея, все умение которого заключалось в том, чтобы поставить пластинку на проигрыватель, в композитора, основой «творчества» которого является… чужое творчество. Нельзя отрицать в принципе возможности плодотворной работы с чужими художественными идеями, и такие случаи известны, но успешных примеров здесь буквально единицы, в сравнении с огромным количеством, мягко говоря, слабых попыток. Все лучшие транскрипции объединяет одно, - уровень художественного таланта создавшего их был конгениален автору оригинала, что служит гарантией корректности, с которой тот внедряется в авторское пространство. В подавляющем же большинстве случаев картина обратная - посредственность нещадно подчиняет все своей убогой идее.

Невозможно не заметить в связи с этим, что современный театр, стремительно деградирующий на глазах, превратился сегодня в средоточие отвратительных штампов, где все, относящееся к человеческой природе, обезображено до неузнаваемости. Просто наблюдая за развитием действия из зала непосредственно воспринять смысл происходящего на сцене почти невозможно. За звериными воплями, трафаретной декламационностью, утрированной мимикой, нечеловеческой интонацией, решительно невозможно понять психологическую подоплеку поступков всех этих крайне странных персонажей; даже посредством определенного усилия, внутренней транскрипции не всегда удается уловить смысл того, во имя чего весь этот балаган разглагольствует и передвигается. Но когда из эстетики психологического театра изгоняется психология, то понятно, что с безжизненным каркасом внешней оболочки можно делать все, что тебе заблагорассудится. Так современный театр, развязавшись с обременительным психологизмом, занялся созданием внешнего антуража (примат формы над содержанием), где человеческим характерам уже не было места и таким образом – окончательно обесчеловечился.

 

Скажите на милость, что ценного приобрел мир вследствие того, как узнал, что Исса, тибетская форма имени Иисус, провел восемнадцать лет, не в путешествиях по Тибету, Индии, Персии и Ближнему востоку, о чем свидетельствуют, по мнению теософа Н. Рериха многочисленные легенды центральной Азии, а был все это время клиентом борделя? Объясните мне, в чем состоит эстетическая ценность этой идеи? Или это простое намерение поразить воображение зрителя, пробудить его интерес своей абсолютной невероятностью? Долой сентиментальный лепет про звезды, сегодня более брутально - «твои глаза, как тормоза»! И эта, с позволения сказать, режиссерская «находка», из разряда подростковых пубертатных фантазий, претендует называться высоким искусством? Бесспорно, общество не может законодательно ограничить режиссерскую свободу, как и контролировать степень его культурности, поэтому право определять уровень своих творческих возможностей он осуществляет на свой страх и риск, используя в качестве подручных средств плоды чужого вдохновения. Только то, что весь этот горячечный бред, подобно знаменитому топору в кулинарном рецепте, так же индифферентен в отношении основного ингредиента – музыки Вагнера (всегда, к слову, считавшего Тангейзер самой слабой своей оперой), позволяет состряпать эстетическое кушанье, и то лишь потому, что значение оригинала несравненно выше той банальной пошлости, которая вдохновляла режиссерские изыскания. Беда не в том, что режиссер ввел в действие святой образ, а в том, что концептуально никак не объясняется необходимость его присутствия там; что эта исходная идея, как шило из мешка торчит изнутри средневековой легенды чужеродным элементом, не став ее органичной частью. Интересно, что помешало творцу обновленной легенды продвигать это свое детище самостоятельно, без покровительства господина Вагнера? Ох, что-то много в последнее время появилось любителей ломать не создавая.

 

Увы, наше кризисное время - это время торжествующего шарлатанства. Массы эстетических прохиндеев настырно шныряют по закоулкам современной культуры, оглашая с высоких подмостков мир своими высокопарными глупостями, а такие же массы заблудших любителей этой чернухи безропотно плетутся следом, покорно проглатывая всю эту чушь и не замечая пропасти, той пропасти бездуховности, в которую все они безмятежно скатываются. Не удивлюсь, если эти горе-новаторы сами никогда не читали первоисточников, иначе, чем объяснить фантастически убогий уровень их собственной культуры, с легкостью позволяющий выдавать за свое беззастенчивый плагиат, паразитически расцветший на великих шедеврах прошлого. Утешает только одно: существование подобных деятелей объективно необходимо, как необходимо наличие темноты для понимания того, что значит свет, ибо только в сопоставлении с ними мы можем судить, что же истинного и по-настоящему ценного осталось в нашей культуре.

 

В заключение, перефразируя классика, скажу: я в корне не приемлю плоды достижений всех этих «кулибиных» художественной культуры, но я готов всеми силами отстаивать их право на демонстрацию своих убеждений, какими бы они ни были, даже в случае полного и очевидного отсутствия таковых.

 

В.Н. Толкачёв