Верните дедушку!
- Ответов 210
- Просмотры 8,8 тыс
- Создана
- Последний ответ
Топ авторов темы
-
Beer 47 постов
-
gaus 24 постов
-
Санитар Фрейд 23 постов
-
BinHex 14 постов
"Рост влияния России в мире", "укрепление наших позиций на международной арене" являются любимыми штампами кремлевского агитпропа. При этом все время подчеркивается, что "рост влияния" и "укрепление позиций" произошли на фоне "провала и позора" 90-х, когда Россия "стояла на коленях". Беда в том, что привести хоть какие-то примеры "роста" и "укрепления" невозможно, поскольку реальная ситуация носит прямо противоположный характер.
Тотальная утрата страной внешнеполитических позиций произошла не в 90-е, а в конце 80-х, т.е. при Горбачеве и Шеварднадзе. Отчасти этот процесс носил объективный характер, кое в чем имела место такая позорная сдача, которая наводила на мысль о прямом предательстве. В любом случае Ельцин получил от Горбачева руины страны, говорить о "внешнеполитических позициях" этих руин было вообще бессмысленно. В таких условиях российскому руководству удалось на удивление много: сохранить место постоянного члена Совбеза ООН и перевести в Россию весь ядерный потенциал покойного СССР. Сегодня это почему-то кажется само собой разумеющимся, однако тогда было гораздо больше шансов лишиться и того, и другого. Более того, Москве удалось получить фактический мандат на свободу действий на территории СНГ. Сейчас уже все забыли, как осенью 1993 г. Черноморский флот высаживал боевой десант в Грузии, наводивший порядок на западе этой страны. Именно тогда в странах СНГ появились российские миротворцы, показавшие себя единственными эффективными миротворцами в мире. В отличие от опереточных войск ООН, не предотвративших и не остановивших ни одной войны, российские солдаты были готовы убивать и умирать, именно поэтому им удалось очень быстро прекратить кровопролитие в Грузии, Молдавии, Таджикистане.
Отношения РФ с Западом в 90-е отнюдь не были отношениями подчиненного и начальника. Как раз Запад задним числом одобрял практически все действия Ельцина, который явно с Западом заранее не советовался. Первый президент РФ был искренне уверен, что интересы России и Запада теперь совпадают, а Запад должен встретить Россию с распростертыми объятиями, признавая при этом ее величие. К середине 90-х стало ясно, что Запад ведет себя не совсем так (а иногда совсем не так), как ожидал Ельцин, после чего российский президент начал на него "обижаться". Обида дошла до прямой военной конфронтации с НАТО во время югославской войны 1999 г. Бросок десантников в Приштину - это открытый casus belli, перед которым НАТО спасовало. Страна, "стоящая на коленях", на такой шаг не способна, это настолько очевидно, что не нуждается в объяснениях.
При этом, однако, Россия была принята в "Большую семерку", где постепенно продвинулась от "приставного стульчика" до полноправного членства. В целом Ельцин сохранил гораздо больше внешнеполитических позиций, чем можно было ожидать в реальных условиях 90-х, и даже завоевал кое-какие новые. Поэтому наследство, полученное Путиным, было отнюдь не таким ужасным, как нам сегодня рассказывают. А вот при нем получились настоящие позор и провал, что особенно ярко проявилось в уходящем году.
Ни десант в Грузию, ни бросок десантников в Приштину, где наших солдат в Европе впервые с 1945 г. встречали цветами, представить сегодня невозможно. Вместо них происходит, говоря по-русски, драп. В июле 2003 г. наши миротворцы тихо утекли из Косово. Созданные в 1994 г. российские базы в Грузии выводятся сегодня на условиях Саакашвили, причем чем наглее грузинский президент себя ведет, тем быстрее бегут из Грузии наши войска. В конце 2004 г. наши пограничники отдали своим местным коллегам посты на таджикско-афганской границе, что привело к резкому росту наркотрафика в Россию. В "годы позора и унижения" центр радиоэлектронной разведки в кубинском Лурдесе исправно наблюдал за США. Кое-как, но функционировала военно-морская база Камрань во Вьетнаме, чрезвычайно полезная при войне с любым мыслимым противником (США, Китаем, исламскими странами). В 2002-2003 гг. и Камрань, и Лурдес были брошены. НАТО не просто продолжило движение на восток, но продвинулось на постсоветское пространство: в 2004 г. в альянс были приняты страны Балтии. Представляет ли сегодняшнее импотентное НАТО реальную угрозу для России - вопрос отдельный, факт в том, что наше руководство официально объявило своей важнейшей внешнеполитической задачей недопущение расширения блока на территорию бывшего СССР. Задача не выполнена.
В 2003 г. русские жители Туркмении проданы ее вождю за газ, после чего Туркменбаши нас вполне заслуженно кинул, повысив цены на газ для самой России, а также став ее прямым конкурентом в поставках газа в Китай. Китаю, в свою очередь, сданы два острова на Амуре прямо напротив Хабаровска. Этим актом были нарушены Конституция РФ и Пекинский договор 1860 г., по которому и была установлена нынешняя российско-китайская граница. Вообще, Москва во внешней политике настолько безропотно следует в фарватере Пекина, что термин "внешнее управление" прямо-таки напрашивается. Недаром нашего президента в этой стране называют "героем Китая" (прямо как Горбачева в Германии - "лучшим немцем"). Интересно, почему целоваться с Вашингтоном - это "национальное унижение", а ползать на брюхе перед Пекином - "стратегическое партнерство"?
Попытки дружбы с Ираном, КНДР, Венесуэлой, ХАМАСом имеют характер самоцели: просто хочется сделать гадость Америке. У нас, правда, многие считают, что в этом и состоит "укрепление позиций", на самом деле это проходит, скорее, по разряду паранойи, поскольку какая от всего этого России конкретная политическая, экономическая или военная выгода понять совершенно невозможно. Очевидно также, что роль России в разрешении международных кризисов неизменно оказывается нулевой, реальные решения принимаются без нас и без малейшего учета наших интересов. Какова, например, наша роль в разрешении ливанской проблемы или конфликта на корейском полуострове? Как мы влияем на ситуацию в Ираке и Афганистане? От Тегерана мы получили вполне заслуженное унижение: в ответ на наши беззаветные усилия по его защите Иран отверг российское предложение создать совместный центр по обогащению урана, а через несколько месяцев сам обратился с предложением создать такой центр... к Франции!
Но и в "ближнем зарубежье" влияние Москвы стремительно обнуляется. О мандате на свободу действий на территории СНГ давно нет и речи. Нынешняя Россия совершенно непривлекательна для соседей, поэтому они начинают постепенно расходиться в разные стороны. Попытки манипулировать поставками газа дают исключительно обратный эффект.
В октябре с.г. на Международной конференции по проблемам Каспия, проходившей в казахском городе Актау, первый замглавы Института стратегических исследований при президенте Казахстана Санат Кушкумбаев сказал: "Россия хочет быть лидером в постсоветском пространстве. Но лидерство предполагает и определенные издержки. Если заламывать руки соседям, то болевой эффект будет чувствоваться и спустя 5-7 лет". А советник посольства Казахстана в Москве Марат Сыздыков высказался еще прямее: "Наши страны разные. У них разные цели и способы вхождения в мировое сообщество. Наши страны идут не в ногу". Такие вещи говорят официальные представители страны, которая в 90-е была нашим вернейшим союзником! Стратегическая важность Казахстана для России исключительно велика, но даже его сумели оттолкнуть. Более того, Казахстан начинает открыто выступать в качестве конкурента России как экспортер нефти и газа и вообще стал претендовать на роль нового лидера СНГ. Что, кстати, логично. Президент Назарбаев имеет четкую стратегию развития страны, а не только укрепления собственного благосостояния, как обитатели Кремля. Потому он и выигрывает.
Аналогичным образом складывается ситуация в отношениях с Белоруссией. Лукашенко пошел на прямые контакты со странами ГУАМ в поиске альтернативных путей поставки энергоносителей и даже собирается строить собственную АЭС с помощью Франции. Наконец, даже Армения устала быть заложником в наших играх с Грузией и тоже начала активно заигрывать с Западом. Таким образом, Москва лишается трех ближайших союзников. Взамен мы имеем такое "замечательное приобретение", как Узбекистан. Ислам Каримов традиционно был одним из наиболее антироссийских лидеров в СНГ, лишь после Андижана он быстро "поменял лагерь". Надежность такого союзника вызывает определенные сомнения, особенно учитывая тот факт, что Вашингтон, оценив ценность Узбекистана, начал постепенно отыгрывать назад и вновь искать контакты с Ташкентом.
Аналогичная ситуация складывается и с Януковичем, достойным продолжателем дела Кучмы. Предыдущий украинский президент пришел к власти как кандидат Москвы, очень быстро переориентировался на Запад, в конце своей карьеры, поссорившись с Западом и став "хромой уткой", перебежал обратно к Москве. Есть подозрения, что Янукович повторит эту траекторию, по крайней мере - ее первую часть. Можно напомнить, что именно во время его предыдущего (при Кучме) премьерства были подписаны соглашения между Украиной и НАТО. А уже во время нынешнего премьерства он заявил о неизменности европейского курса своей страны. Пока Виктор Федорович будет доедать Виктора Андреевича, поддержка Москвы ему не помешает, поэтому пока он будет слегка "притормаживать" на пути в НАТО (ЕС Украине заведомо не светит никогда). Окончательно отправив Ющенко на свалку истории и выбив из России очередные газовые льготы, он уверенно двинется на Запад. Пророссийской Украина не будет никогда, надо понимать менталитет ее народа и знать историю его отношений с Россией. Тут, конечно, ни при чем ни Ельцин, ни Путин, только не надо тешиться иллюзиями и, тем более, оплачивать их деньгами российских налогоплательщиков.
Интересно, что, рассказывая о "росте влияния" и "укреплении позиций", кремлевский агитпроп одновременно представляет Россию окруженной врагами, коими оказываются страны типа Грузии и Латвии. Тут удивительны сразу две вещи: что ж это за рост и укрепление, если у России все больше врагов, причем прямо на ее границах? И почему враги у нас такого масштаба? Может быть, масштаб Грузии (несостоявшегося государства, одного из беднейших в мире, где власть ни разу не сменилась демократическим путем) как раз соответствует нынешнему масштабу "укрепившейся" России?
Ситуация в отношениях с Грузией является апофеозом нашего позора. Сначала после ареста наших офицеров российская власть целую неделю молчала. Единственным ответом стало стремительное бегство из Тбилиси дипперсонала, которое можно объяснить только паникой. Наконец после того, как офицеров отпустили, власть "проснулась". И ответила этнической чисткой (никак иначе действия правоохранительных органов против грузин, в т.ч. граждан России, назвать нельзя). Заодно Россия бросила тех грузинских граждан, которые были арестованы вместе с нашими офицерами, теперь этим людям грозит пожизненное заключение. Как можно так себя вести, на какое отношение к себе в Грузии можно после этого рассчитывать - вопрос риторический.
В отношениях с Западом Россия несколько лет пыталась разыгрывать "газовую карту". В итоге надежность России как поставщика энергоносителей впервые поставлена под сомнение. Ничего подобного не было не только в "ужасные 90-е", но и в советское время. СССР и Запад прямо и открыто считали друг друга врагами, тем не менее у советского руководства хватало ума отделить политику от бизнеса. Теперь Россия провозгласила энергобезопасность во всемирном масштабе своей официальной доктриной. Именно после этого страны ЕС, как и страны СНГ (Казахстан, Азербайджан, Туркмения, Грузия, Украина, Белоруссия), заявили о необходимости максимальной диверсификации поставщиков и путей транспортировки нефти и газа (нефтепровод Баку - Тбилиси - Джейхан уже заработал, причем по нему потечет не только азербайджанская, но и казахская нефть). Попытки Москвы "развести" ЕС, сыграв на особых отношениях с Францией и Германией, окончились провалом, давление со стороны России сплотило даже аморфный Евросоюз (не исключено, что мы добьемся еще большего: подружим ЕС и США, хотя еще совсем недавно казалось, что Брюссель и Вашингтон рассорились окончательно). Берлин и Париж потребовали от России вернуться к Энергетической хартии и руководствоваться общими для всех постоянными правилами, к ним присоединились все остальные страны ЕС. В итоге российский президент сам вынужден был признать, что в газовом вопросе мы зависим от Европы в 1,5 раза больше, чем она от нас (на ЕС приходится 67% нашего газового экспорта, на Россию - 44% газового импорта Евросоюза). Попытки шантажировать Европу переориентацией на Китай могут напугать лишь дилетантов: Пекин готов приобретать наш газ не дороже $40 за тыс. куб. м, т.е. ниже себестоимости!
Прямому прессингу стал подвергаться российский бизнес за рубежом. "Газпром" не допущен в европейские газораспределительные сети, "Северстали" не дали купить Arcelor, Париж и Берлин в жесткой форме отмели претензии Москвы на участие в управлении европейским аэрокосмическим концерном EADS, покупка Внешторгбанком 5% его акций оказалась бесполезной. Все эти неприятные события кремлевский агитпроп пытается объяснять тем, что Запад "боится растущего влияния России". Логика просто сюрреалистическая. Если следовать ей, то успехи нашего бизнеса за рубежом свидетельствовали бы об ослаблении влияния России. Для чего ж тогда политическое руководство страны так активно все эти провалившиеся сделки пробивало: чтобы показать нашу слабость? И в чем же все-таки в таком случае должно выражаться "укрепление позиций"?
Таким образом, "рост влияния России в мире" выражается в том, что сфера этого влияния сворачивается до наших собственных границ, а вокруг них быстро вырастает новый "санитарный кордон", который включает и страны СНГ. Это происходит в условиях уникальной экономической конъюнктуры, обеспечивающей многократный рост российского потенциала, и очень удачной конъюнктуры внешнеполитической. США своими руками ликвидировали собственную мировую гегемонию, что давало возможность России хотя бы частично занять место обваливающейся сверхдержавы. Увы, Москва не смогла удержать даже то, что имела. Сегодня у нее остался единственный ресурс влияния на международную ситуацию - право вето в Совбезе ООН, завоеванное для СССР Сталиным и сохраненное для России Ельциным. Впрочем, как показывают события последних лет, страны действительно сильные и влиятельные легко обходят это препятствие, если оно им мешает (самый яркий пример - американское вторжение в Ирак).
Причиной провала, видимо, является целеполагание, точнее - его отсутствие. У Ельцина была цель - "привести Россию в цивилизованный мир". Даже если считать ее совершенно иллюзорной, само наличие глобальной цели обеспечило сохранение части влияния в Евразии и достижение ряда локальных целей. У нынешнего российского руководства никаких целей нет, если не считать таковыми укрепление собственного благосостояния, а в отношениях с зарубежными странами Кремль пытается действовать так же, как внутри страны, т.е. "по понятиям". И искренне не понимает, что там так не принято. Собственно, нынешнюю российскую власть вообще сложно считать национальной, она действует как менеджмент вполне конкретной частной корпорации. В итоге Россия утрачивает роль субъекта международного права, ее место занимает "Газпром", усиленный остатками советских СЯС и обладающий правом вето в Совбезе ООН.
Александр Храмчихин
http://www.russ.ru/politics/docs/vernite_dedushku